Private  Placement  Program  РРР  Частные  Программы  Размещения .  ФИНАНСОВЫЕ СДЕЛКИ С БАНКОВСКИМИ ГАРАНТИЯМИ, ДЕПОЗИТНЫМИ СЕРТИФИКАТАМИ, ВЫПИСКАМИ СО СЧЕТА.
   

 

 

 

 

 

 

 

 


 

На главную
О компании
Контакты
 

Частные программы размещения-
Private Placement Program-PPP



Private Placement Program с банковской гарантией и другими банковскими инструментами


Private Placement Program с выпиской со счета




Private Placement Program с порошком медным ультрадисперсным-Copper (powder)

 

Особенности Private Placement Program с СКР



Список документов для Private Placement Program  с банковскими инструментами




Список документов для Private Placement Program  с порошком медным ультрадисперсным-Copper (powder)

 

Проект Корпоративной Резолюции - Corporate Resolution (Draft)


Действительно ли существуют Private Placement Programs?



Словарь специальных выражений, терминов Private Placement Program-PPP

Вниманию брокеров (посредников)



Использование низколиквидных активов для  инвестиций в Рrivate Рlacement Рrograms


Private placement program: насколько высоки доходы?



Как провести “Due Diligence” при  инвестировании в private placement program?

Top 25 banks

   
   
 

 

 

 

PeterHost.Ru - надежный хостинг

 

 Яндекс цитирования

 

 

1205690

 :Находится в каталоге Апорт

 

RusList.ru - Бизнес-каталог товаров и услуг по городам России

 

 

 

  Russian                                                                                                                              English 

Карта сайта

“Главная цель капитала — не добыть как можно больше денег, а добиться того, чтобы деньги вели к улучшению жизни”  Г.Форд

Site map

 

 

 

 

 

Адам Хэмилтон (Adam Hamilton)

 

Монстры и шулера финансового мира

 

Монстры и шулера финансового мира  
Сегодня любой объективный анализ финансового рынка США приводит к выводу о том, что производные финансовые инструменты, или деривативы, - основной компонент этого рынка.
Бурные 1990-е годы, изменившие политическую карту мира, были знаменательны также фундаментальными структурными изменениями в природе финансовых операций. Взрывной характер распространения производных финансовых инструментов буквально потряс всю глобальную финансовую систему. Ценовые разрывы и непрогнозируемые изменения волатильности могут возникнуть в любой момент, создавая неразрешимые проблемы для портфельных инвесторов.
Сон разума рождает чудовищ. Ф. Гойя
*

Крапленые карты для игры «в темную»

*

Деривативы представляют собой весьма сложные финансовые инструменты, стоимость которых является «производной» от какого-либо лежащего в их основе базового актива. Под активами могут пониматься рыночная стоимость акций, а также процентные ставки, биржевые индексы, валюта и т.п. К производным относятся опционы, фьючерсы, форварды, свопы и различные комбинации этих инструментов.

Важно усвоить, что базовые активы не способны объективно характеризовать объем или оборот рынка производных. Подлежащие активы всего лишь базис для создания производных. Стоимость производного инструмента можно представить в виде баланса, отражающего экспозицию доходности на данный момент времени, но не как финансовый отчет об операциях или об обороте.

Некоторые аналитики теряют чувство реальности и совершают большую, непростительную для профессионалов финансового рынка ошибку, публикуя работы, в которых гипотетические размеры производных рассматриваются как реальные операционные, а не позиционные величины. На самом деле потенциальные начисления деривативов являются позиционными -это как бы фотоснимок баланса позиции в какой-то момент времени.

Хотя сейчас в финансовых кругах и принято мнение, что размер финансовых активов, вовлеченных в производные, никак не связан с позиционными рисками производных, - с этим ни в коем случае нельзя согласиться. Чем выше величины сумм, тем большее кредитное плечо используется для постройки пирамиды на открытой позиции на производных. Чем больший рычаг используется, тем выше совокупный риск портфеля производных.

Уполномоченные брокеры и агрессивные частные спекулянты Уолл-Стрита сразу сообразили, что производные - это великолепное финансовое новшество, которое может привести к прогнозируемому управлению рисками и огромному потоку новых прибылей для американских финансовых воротил.

Однако за пределами финансовых кулуаров деривативы стали приобретать репутацию высокорисковых финансовых инструментов, которые способны, как стая голодных акул, сожрать в том числе и создавших их финансовых «гениев». С увеличением числа различных производных инструментов стала укрепляться уверенность, что различные компании, работая на срочном рынке, включаются в безрассудную азартную игру. Ряд крупных финансовых катастроф усилил общественную оппозицию к производным. Некоторые критики назвали производные инструменты «краплеными картами финансового мира».

Здесь уместна аналогия с английской народной сказкой «Ученик чародея», по мотивам которой Уолт Дисней поставил в 1940 г. свой классический шедевр «Фантазия». Напомним сюжет несведущему читателю.

Ученик чародея, еще плохо разбиравшийся в высшей магии, но весьма самоуверенный шалопай, проник в кабинет учителя, когда тот куда-то уехал по своим делам. На столе лежала волшебная книга, в которой были написаны различные заклинания. Большинство из них незадачливый юный маг не знал, но одно все-таки смог прочитать. В результате в кабинете появился злющий бес, которого ученик не мог укротить. И несдобровать бы парню, если бы учитель вовремя не вспомнил, что забыл запереть кабинет, и не вернулся. Конец у сказки хороший.

Создание деривативов можно воспринимать как опасные попытки высвободить огромные финансовые силы - слишком мощные и непредсказуемые, чтобы их можно было запросто укротить. К сожалению, уповать на помощь опытного мага инвесторам срочного рынка не приходится, так что конец истории может быть очень плохим.

 

Колесница Гермеса

Незадачливые ученики чародея

 

В декабре 1993 г. огромный немецкий промышленный конгломерат Metallgesellschaft AG понес убытки на вложениях в деривативы, которые произвело его дочернее отделение в США. Общие потери изначально оценивались в сумму свыше $1 млрд. - достаточную для того, чтобы поставить Metallgesellschaft, 14-е по размерам промышленное предприятие в Германии, на грань банкротства. Руководству Metallgesellschaft удалось наскрести по сусекам последние $1.9 млрд. для того, чтобы уйти от банкротства. Но эта первая известная катастрофа на деривативах представляла собой еще только цветочки.

После неприятностей с Metallgesellschaft катастрофы с компаниями, пытавшимися воцариться в стране производных, посыпались как из рога изобилия. Cargill потерял $100 млн., играя с ипотечными деривативами, Procter&Gamble, одна из американских голубых фишек, потеряла $157 млн. на хеджировании валютных производных, а потери Codelco Chile составили $200 млн. на фьючерсах на медь и драгметаллы. Сюда можно добавить Daiwa Bank of Japan, Sumitomo Corporation, Ashanti Goldfields.

В 1994 г. Роберт Ситрон (Robert Citron), глава казначейства одного из самых благополучных районов США, Orange County в Калифорнии, обанкротил богатейшее графство. Мистер Ситрон, движимый благородным порывом сделать свое графство еще богаче, вложил казенные деньги в различные рисковые экзотические производные инструменты, включая обратные сделки репо, с целью получения высоких доходов для Инвестиционного пула графства, которым он управлял. К сожалению, когда рынки двинулись против его огромных долговых позиций, фонды, которые находились под его попечением, мгновенно потеряли $1.5 млрд. Во время слушаний в сенате штата Калифорния в 1995 г. Р. Си-трон заявил: «Я вынужден с покорностью признать, что я на самом деле не настолько опытный казначей, каким себя считал».

Ученик чародея

В феврале 1995 г. рухнул гордый и славный английский Barings Investment Bank, только что отметивший свою 223-летнюю годовщину. Банк, среди клиентов которого была даже сама королева Елизавета, банк, чьи деньги подняли великую Британскую империю в XIX веке, был уничтожен в результате самовольных сделок с производными бумагами, цена на которые пошла не в ту сторону, в которую предполагалось. Уважаемый консервативный столп английской финансовой системы умер в результате могущественных и по существу неконтролируемых сил, вырвавшихся на простор благодаря молодому «ученику чародея», находящемуся на другом краю света, в Сингапуре. Николас Лисон (Nicholas Leeson), 27-летний трейдер, работающий на краткосрочных спекуляциях, ухитрился практически мгновенно потерять $1.3 млрд., прежде чем управляющие головного офиса в Лондоне смогли понять, что произошло.

Жуликоватый трейдер Ник Лисон делал большие ставки на предполагаемое движение индекса Никкей с использованием простых опционов. Он поставил на них миллионы долларов, предполагая, что Никкей вступает в стадию роста в 1995 г. Трейдеру было невдомек, что Никкей в скором времени прорвет самый низкий за предшествующие 17 лет уровень, рухнув, как сорвавшийся с перекладины под шатром цирка воздушный гимнаст. Эпидемия крахов на деривативах продолжала свое победное шествие по миру в конце 1990-х годов. Наиболее запомнившейся и опасной была катастрофа с хеджевым фондом Long Term Capital Management (LTCM), которую породил, между прочим, знаменитый российский долговой кризис 17 августа 1998 года.

Когда на рынке происходит некий нелинейный процесс, как это и случилось в России 17 августа 1998 года, его влияние на тщательно собираемый портфель производных может стать катастрофическим. Компания Long Term Capital Management (LTCM) в результате такого кризиса прогорела. Этот элитный хеджевый фонд имел сверхсложное программное обеспечение по торговле производными, позволявшее прогнозировать и ослаблять влияние рисков. Разработчиками были Майрон Шоулз и Роберт Мертон (Myron Scholes, Robert Merton), лауреаты Нобелевской премии 1997 года по экономике, которые понимали о рынках и волатильности гораздо больше, чем кто-либо на Земле.

LTCM через базовую хеджевую стратегию стал одним из крупнейших высокорисковых хеджевых фондов в истории. Собственные средства фонда не превышали $3 млрд., а общая величина базовых активов под производными достигала, по некоторым источникам, $1.25 трлн. Следовательно, используемое кредитное плечо составляло 417:1.

В августе 1998 г. все сверхсложные математические модели были посрамлены. В результате дефолта суверенного долга России ликвидность ценных бумаг во всем мире стала падать, а позиции по производным стали спешно закрываться. Финансовая модель LTCM подсказывала пользователям, что им не следует ожидать потерь свыше $50 млн. за сессию, но очень скоро фонд стал терять ежедневно более $100 млн. Через четыре дня после российского дефолта собственный капитал фонда за одну только торговую сессию уменьшился еще на $500 миллионов!

Вследствие намерений LTCM объявить себя банкротом, правительство США сочло, что дефолт компании может привести к полному расстройству мировой финансовой системы. ФРС США выделила $3.6 млрд. финансовой помощи этому фонду, создав очень опасный прецедент. Если правительственные структуры готовы подкинуть кому-то деньги для того, чтобы вытащить его из пучины огромного объема открытых позиций (а где тут «свободная рыночная экономика»?), почему бы тогда не рискнуть и другому «профессионалу», забежавшему за пределы безопасности и благоразумия? Тем не менее, трейдеры не прислушиваются к голосу благоразумия, а посему производные финансовые инструменты продолжают свое «победоносное» шествие. Тем инвесторам, которые не хотят терять нажитые своим трудом деньги, можно посоветовать отслеживать компании, которые предпочитают работать с производными.

Кризис российской экономики 1998 г. был порожден механизмом «грабежа», придуманного Гарвардскими экономистами и банком Goldman Sachs. Российский августовский кризис запустил механизм коллапса LTCM, что, в свою очередь, едва не разрушило мировую экономику и привело к глобальной депрессии. Разве не знали об этом банкиры из Goldman и монетаристы Гарварда, создав систему безудержной алчности, где всевозможные пирамиды конкурировали между собой? Если знали, то это означает, что они провоцировали финансовую и экономическую «Хиросиму» для всей планеты. Воистину - безумцы вполне официально поставлены руководить сумасшедшим домом... Майкл Рупперт www.copvcia.com

Читаем магический отчет

С началом нового тысячелетия любые исследования производных в США среди ведущих компаний неизбежно приводят к главному участнику рынка деривативов. Это - американский гигантский супербанк JPMorganChase, родившийся в результате слияния двух крупных банков: JP Morgan и Chase Manhattan. JPMorganChase входит в элитную группу голубых фишек Нью-Йоркской фондовой биржи (www.JPMorganChase.com). В США коммерческие банки и трастовые компании обязаны каждый квартал предоставлять отчеты о своих операциях с производными в Управление валютного контроля США (ОСС). ОСС основано в 1863 году как бюро Казначейства США и отвечает за обеспечение «устойчивой и конкурентоспособной национальной банковской системы». На сайте ОСС www.occ.treas.gov указано, что Управление валютного контроля преследует четыре цели: «1) обеспечить безопасность и основательность национальной банковской системы; 2) поощрять конкуренцию, позволяя банкам предлагать новые продукты и услуги; 3) улучшать эффективность и качество надзора, включая снижение жесткости регулирования; и 4) обеспечить справедливый и равный доступ к финансовым услугам для всех американцев».

Ежеквартально ОСС готовит «Отчет о банковских производных», который подробно расписывает позиции по производным в целом для всех американских банков и трастовых фондов, работающих на срочном рынке. По закону, американские банки и трастовые фонды обязаны сообщать о своих позициях по производным в ОСС каждый квартал. Хотя этот отчет не включает позиций по производным некоммерческих банков, таких, как инвестиционный банк Goldman Sachs, отчет ОСС все-таки чрезвычайно полезен для оценки или среза активности на рынке производных и позиций по производным в целом. Сложно точно оценить, какую долю на рынке производных составляют коммерческие банки и трасты, но можно предполагать, что их большинство.

Из рисунка 1, заимствованного из отчета ОСС за III квартал 2001 года (www.occ.treas.gov/ftp/deriv/ dq301.pdf), можно сразу сделать вывод, кто главный игрок среди почти 400 американских коммерческих банков и трастовых фондов, толкущихся на рынке производных. Это - выделенный красным цветом супербанк JPMorganChase, включающий Chase Manhattan Bank и Morgan Guaranty.

Рис. 1. Банки и трастовые фонды — участники срочного рынка США.

Читатель может убедиться, что размеры эффективно контролируемого капитала через производные просто ошеломляющие. Объем производных инструментов составляет чудовищную цифру в $51,284 млрд. Более $51 триллиона! Кстати, за полгода (по сравнению с I кварталом 2001 года) произошло увеличение этой суммы на 16.8%, или почти на $8 триллионов!

Для сравнения, годовой объем ВВП США составляет около $40 трлн. (за III квартал 2001 г. -$10,225 млрд.). Капитализация 500 крупнейших компаний, входящих в индекс S&P 500, немногим превышает $10 трлн. Очевидно, что громадная сумма производных в $51 трлн., которые контролируют банки и трастовые фонды, - это фиктивная величина, поскольку она намного превышает ВВП США, МЗ и стоимость всех акций, продаваемых и покупаемых в Соединенных Штатах.

 

Судью заказывали?

Финансовый директор компании «А.С. Голдмен и Ко.» Стюарт Уинклер предстал перед манхэттенским судом по обвинению в биржевых махинациях с заказами инвесторов и краже государственных ценных бумаг, продававшихся через каналы фирмы. Теперь только от судьи зависело, отпустить под залог главного трейдера или засадить его лет на двадцать в тюрьму. Судья штата Лесли Снайдер шансов крупному бизнесмену почти не оставила - благодаря своим суровым приговорам она давно прослыла «железной леди в мантии».

И тогда Уинклер решил «заказать» судью. А киллером предложил стать своему сокамернику, обыкновенному уличному грабителю. Торговались недолго: 35 тысяч долларов того вполне устроили. И неизвестно, чем бы всё это закончилось, если б сокамерник не оказался... полицейским осведомителем.

И вот каков итог истории, начавшей с махинаций на бирже. Компания «А.С. Голдмен и Ко.» обвиняется в организации аферы, предварительный ущерб от которой составляет $100 миллионов. За сотрудничество с властями сокамернику Уинклера срок заключения снижен с 15 до 4 лет, а самому финансовому директору Уинклеру грозит уже пожизненное заключение...

По материалам сайта www.lenta.ru/world

 

Монстр голубой масти

Из этой огромной суммы в $51.3 трлн. банк JPMorganChase контролирует $30.4 трлн. производны-х (рост более чем на $4 трлн. за полгода), что составляет 59.3% всего рынка производных США. Если более детально, банк контролирует 64% рынка процентных производных, 49% рынка FOREX, 68% рынка производных на акции и 62% производных на золото -среди всего сообщества коммерческих банков и трастовых фондов США. При этом реальные активы JPMorganChase - всего около $800 миллиардов.

Все коммерческие банки США в совокупности имеют отношение производных к обычным банковским активам 9:1. Это очень и очень необычное соотношение, если принять во внимание, что банковские активы, как правило, не являются деньгами акционеров, а представляют собой различные виды депозитов, которые были доверены банку вкладчиками. Величина пропорции кажется еще более странной в отрасли, которая гордится своим «консерватизмом». Пропорция 9:1 в отношении величины производных к активам больше характерна для хеджевых фондов, чем для банков! У самого супербанка рычаг достигает колоссального отношения 38:1.

Еще более потрясает воображение величина показателя отношения созданных активов под позициями по производным у банка JPMorganChase к величине акционерного капитала. В течение последних 10 кварталов в своих финансовых отчетах, которые хранятся на файле Комиссии по ценным бумагам и биржам США (www.jpmorganchase.com/pdfdoc/jp mchase/10Q2Q01.pdf), банк сообщал, что на балансе у него находится $42.7 млрд. средств акционеров - держателей простых акций. Сумма почти в $43 млрд. - это большие деньги, здесь шутки неуместны. Но если сопоставить их с чудовищным объемом позиций по производным в $30,434 млрд., то станет ясно, что компания использует просто чудовищный рычаг в отношении денег акционеров. На каждом принадлежащем акционерам долларе банк построил пирамиду в $712 на чрезвычайно рисковом и чрезвычайно волатильном рынке! Пропорция 712:1. Ну и ну! Отец-основатель одного из банков-родителей Джон Пьерпонт Морган (1837-1913), который был консервативным финансистом и промышленником, наверно, переворачивается в фобу от возмущения.

В финансовых кругах кредитное плечо 10:1 считается чрезвычайно агрессивным. Кредитное плечо 100:1 могут применять только люди с психологией камикадзе. За всю финансовую историю Америки только однажды рычаг широкомасштабных операций превышал величину 100:1 - в хеджевом суперфонде LTCM, конец которого был страшен. Менеджеры банка JPMorganChase создали, наверно, самый рисковый хеджевый фонд в мировой истории, используя $42 млрд. акционерного капитала для контроля производных, под которыми находятся свыше $30 трлн. базовых активов. Примечательно, что плечо 712:1 использует первый среди банков Уолл-Стрита, член элитной группы голубых фишек индекса Доу-Джонса!

Любопытно проанализировать, как формируется портфель производных самого главного афериста срочного рынка. Основной вклад дают процентные производные. Родители супербанка, Chase Manhattan и JP Morgan, сообщили, что у них 86.2% и 86.9%, соответственно, от всех срочных контрактов составляют сделки с процентными производными. В результате объем активов чудовищного дитяти достигает потрясающей величины в $20.7 трлн.! Доля других деривативов - на валюту, товары и золото - в портфеле банка незначительна, но по абсолютной величине они составляют огромную величину. (По действиям JPMorganChase на рынке золота журнал готовит отдельную публикацию - Ред.).

Исходя только из процентных производных, банк использовал рычаг в отношении акционерных денег 484:1- Знают ли об этом сами акционеры?

В процентных производных сумма базовых активов подразумевает дебиторскую задолженность. Например, дебитор с $1 млн. долга и с переменными процентными выплатами может заключить договор с банком JPMorganChase для того, чтобы застраховать свои процентные выплаты постоянными процентами вместо переменных. Имея график выплат с фиксированными процентами, компания-должник не будет беспокоиться о колебаниях рынка процентных ставок, поскольку ее партнер-контрагент, JPMorganChase, берет этот риск на себя за какую-то комиссию. Хотя и происходит обмен величинами процентных ставок для этой небольшой суммы в $1 миллион, реальная величина наличности составит от силы несколько десятков тысяч долларов. Однако этот пример дает реальную картину действий банка на рынке производных.

 

Полумертвые души за 429 «лимонов»

Чтобы заработать на бирже честным трейдерским трудом 1 миллион долларов, надо иметь прибыль $100 каждый день. И если ни разу не проигрывать, к пенсии у вас накопится «лимон». Но - без проигрыша нет трейдинга. А стать миллионером так хочется...

Брокер Нью-Йоркской фондовой биржи (NYSE) Энрике Перускью ворочал миллионами. Но это были, понятно, чужие деньги. А чтобы поиметь личный профит, да побольше - использовал средства своих клиентов для покупки акций. Всё дело в том, что скупал он... полумертвые души: приобретал на чужие деньги бумаги тех компаний, которые находились на грани банкротства. Да еще подделывал клиентские счета в надежде скрыть следы незаконных сделок.

Но NYSE на мякине не проведешь. За долгую историю своего существования крупнейшая фондовая биржа мира повидала всяких мошенников. Поймали и этого, в брокера одетого. Пока на него наложили только штраф. Но это - самый крупный в истории биржевого рынка штраф. 429 миллионов долларов! Адвокат несостоявшегося воротилы с грустью признал, что у его клиента нет и никогда не было таких денег. Так что тюрьмы Перускью не миновать.

По материалам сайта www.lenta.rujeconomy

Советы рядового мага

Интересно, в самом ли деле прикрыты надежными консерва-акционеры JPMorganChase тивными голубыми фишками? Засчитают, что их деньги, находясь чем содержать сверхрисковый хе-в элитном банке Уолл-Стрита, джевый фонд с надстройкой из производных инструментов, более чем в 700 раз превышающей акционерный капитал?

В настоящее время у компании JPMorganChase около 2700 крупных институциональных акционеров, владеющих 61% простых акций. Понимают ли менеджеры этих взаимных и пенсионных фондов, что высшие менеджеры супербанка построили самую крупную в истории США высокорисковую пирамиду? Понимают ли они, что допустимые риски превышены в сотни раз? На этот важный вопрос должны ответить все инвесторы банка, особенно в условиях чрезвычайно турбулентной и вола-тильной среды, которая господствует на рынке сегодня.

В недоброй памяти Long Term Capital Management работали самые лучшие в мире экономисты по управлению фондами, большой штат высококвалифицированных специалистов и мощнейшие компьютеры, но им не удалось предсказать скачок вола-тильности, спровоцированный российскими событиями 17 августа 1998 года.

Может быть, JPMorganChase не станет жертвой рынка, подобно LTCM. В банке очень умные сотрудники, хорошо понимающие глобальные рынки. Они занимаются кросс-хеджированием и внимательно относятся к формированию огромного портфеля производных, чтобы сделать его рыночную цену нейтральной, а следовательно, обладающей большей устойчивостью к рыночным потрясениям.

Даже очень небольшая раковина внутри стального вала двигателя самолета, несущего атомную бомбу, может привести к неконтролируемой вибрации, разрушению и, возможно, к мировой войне. Так и огромный «сбалансированный» портфель производных чрезвычайно чувствителен к рыночным потрясениям, которые способны выбить его из состояния равновесия и вывести компьютерные модели хеджирования из-под контроля гораздо быстрее, чем могут быть предприняты какие-либо действия с производными.

Что, если 20-30 трейдеров, торгующие производными для JPMorganChase, ошибутся одновременно и разрушат неустойчивое равновесие всей огромной пирамиды производных этой компании, и в результате она развалится?

JPMorganChase превратился в реального монстра срочного рынка. До тех пор, пока этот монстр не начнет снижать соотношение и объем позиций по производным, мы бы посоветовали как гражданам, так и институциональным инвесторам быть очень осторожными в покупке чрезвычайно рискованных акций этого банка.

От автора: Я польщен, что мой скромный труд о банке-монстре заслужил внимание вашего журнала. И хотя я не говорю и не читаю по-русски, мне будет очень приятно узнать, что эта статья интересна Эля ваших читателей. Те из них, кто знает английский язык, могут ознакомиться с материалами по данному вопросу на сайтах www.zealllc.com/commentary/monster.htm и www.zealllc.com/2002/jpmgrows.htm.

Желаю успеха вашему изданию и благослови вас Бог.

Адам Хэмилтон (Adam Hamilton), частный инвестор и независимый аналитик

 

Чуть облокотился - и рынок рухнул

Это случилось 14 мая минувшего года. Незадолго до закрытия торгов британский фондовый индекс FTSE-100 вдруг резко пошел вниз. За несколько минут он обвалился на 3.5%, опередив по темпам падения остальные европейские рынки. Хотя и особого-то, вроде, ничего не происходило. Компания Lehman Brothers Holdings намеревалась продать ряд акций на общую сумму в 30 миллионов фунтов. Но в заявке-то значилось в десять раз больше -300 миллионов! Паника возникла из-за невнимательности сотрудника брокерского подразделения компании, поставившего лишний нолик в ордере на продажу. По мнению специалистов, ошибка трейдера обойдется Lehman Brothers в миллионы фунтов стерлингов.

Подобные ошибки - не редкость в системах электронных торгов. Так, года четыре назад трейдер компании Salomon Brothers нечаянно облокотился на клавиатуру компьютера - и 14-5 тысячи фьючерсов на общую сумму 73 миллиарда французских франков ушли на продажу. Биржа тогда отказалась аннулировать результаты торгов.

По материалам сайта По материалам сайта www.lenta.ru/economy

 

 

 

 

************************

В погоне за дешевыми сенсациями

Сергей Рустамов
В Соединенных Штатах есть не только развитые рынки капитала. Эта страна богата и на дилетантов, считающих себя финансовыми экспертами. «ВС» опубликовал пару прекрасных образчиков мысли такого спеца, Адама Хэмилтона, называющего себя «независимым аналитиком» и «частным инвестором». «Обличительные» труды мистера Хэмилтона не могли остаться без ответа.
*
 

Великий и ужасный

В обеих своих статьях Адам Хэмилтон гневно обличает рынок финансовых деривативов и его главного «монстра» - американский коммерческий банк JPMorganChase. Если первая статья [1] «независимого аналитика» привела меня в недоумение, то вторая [2] вызвала раздражение.

Свою первую публикацию «частный инвестор», который, по-видимому, в своей жизни не имел дела с производными (а если и имел, то, скорее всего, проигрался «в пух и прах»), начинает с развенчания срочного рынка как «безрассудной азартной игры». В качестве доказательства он с жаром перечисляет неприятности, произошедшие с участниками рынка финансовых деривативов и их многомиллионные, нередко миллиардные, потери. На взгляд А. Хэмилтона, убытки игроков являются прямым доказательством мистическо-опасной природы срочного рынка, а никак не следствием дурного риск-менеджмента.

Живописуя жульничество Ника Лисона и безграмотность Роберта Ситрона, Хэмилтон пытается создать у читателя впечатление о рынке производных инструментов, как о некой бездне, засасывающей в свои смертоносные глубины увлекшихся финансистов. Одновременно он умалчивает о том, что на самом деле происходит на рынке в целом, в каких целях преимущественно используются финансовые деривативы.

Для него они всего лишь «крапленые карты», а на то, что они приносят прибыль (иначе рынок бы не рос столь стремительными темпами), «аналитик» закрывает глаза. Меж тем, согласно исследованию Банка Англии, производные успешно используются не столько для спекуляций, сколько для страхования экспортных доходов, бюджетирования, доступа на другие рынки, фиксации доходности фондовых портфелей, интервенций центральных банков. В мире монстров Хэмилтона ничего этого не существует, для него деривативы -«стая голодных акул, способная сожрать тех, кто осмелится с ними играть».

Апогеем порочности срочного рынка для Хэмилтона стала трагическая история с фондом Long-Term Capital Management. Хедже-вый фонд, приносивший баснословные прибыли, несмотря на сложную стратегию работы с производными инструментами, оказался неплатежеспособным после российского кризиса 1998 года. Однако, обличая фонд в безрассудности, Хэмилтон увлекся и переврал факты.

Во-первых, фонд не был банкротом, просто в силу дефицита ликвидности он оказался неспособным рассчитаться по текущим обязательствам. Во-вторых, Хэмилтон попрекает ФРС США за выделение фонду финансовой помощи. «Где же тут свободная рыночная экономика?» - вопрошает он.

На самом деле помощь осуществлялась не за счет денег налогоплательщиков, а на частные средства. ФРС США лишь выступила координатором группы из четырнадцати ведущих банков и инвестиционных компаний, согласившихся инвестировать в фонд дополнительный капитал.

Наконец, самое главное и самое неинтересное для обличителей типа Хэмилтона - хеджевый фонд вовсе не прогорел! Он продолжал проводить операции вплоть до конца 1999 года, когда полностью расплатился с вкладчиками. Банки, участвовавшие в дополнительных инвестициях, получили 10% на свои вложения, а остальные пайщики - 18% годовых!

Несмотря на крики бульварной прессы, раздувшей кризис Long-Term Capital Management до невероятных размеров, его деятельность среди профессионалов срочного рынка ставится в пример как высококачественное управление портфелем деривативов.

*

Лукавые цифры

На американском срочном рынке главным участником выступает финансовый супермаркет -JPMorganChase. Он лидирует по объему открытых позиций среди коммерческих банков и трастовых фондов. Раз у банка большой портфель производных инструментов, то он, на взгляд А. Хэмилтона, - «главный аферист срочного рынка». При этом «аналитик» ссылается на статистику рынка.

Я не поленился и потратил час, чтобы поднять финансовую отчетность JPMorganChase и выяснить реальное положение дел, поскольку интуиция подсказывала: в доводах Хэмилтона что-то не так.

В отчете Управления контролера денежного обращения при Казначействе США от 31 марта 2002 года можно найти, что номинальный объем заключенных срочных контрактов у JPMorganChase составлял $23-48 трлн. Большая часть сделок была совершена на внебиржевом рынке с крупнейшими международными финансовыми институтами из США, Великобритании, Швейцарии, Японии и зоны евро.

Согласно данным Банка международных расчетов, на декабрь 2001 г. совокупный объем срочного рынка по номиналу (notional amounts outstanding, NAO) равен $111.13 трлн. Таким образом, JPMorganChase номинально контролирует 21% рынка производных.

Хэмилтон почему-то взял оценку только по американскому рынку да еще исключил из внимания его ведущих игроков - инвестиционные банки. В результате у «аналитика» получилась баснословная цифра - 60% рынка! В действительности же его цифры - лукавые.

Порядка 90% всех финансовых деривативов JPMorganChase - это процентные контракты. Комментируя природу процентных деривативов, Хэмилтон рассматривает пример с процентным свопом, где заемщик страхует процентные платежи. Фактический обмен процентными платежами по кредиту в $1 млн., как замечает Хэмилтон, может составить от силы несколько десятков тысяч долларов. Однако вместе с тем он утверждает, что банк, выступающий контрагентом по сделке, подвергается риску в размере номинальной суммы контракта, т.е. $1 млн. Иными словами, JPMorganChase рискует потерять $1 млн. Что же это должны быть за проценты, если банку придется выложить $1 млн.?! Очевидно, Хэмилтон, стремясь убедить читателя в своей правоте, просто переврал сущность производных.

Во избежание таких несуразностей во всем мире для оценки производных инструментов используется концепция накопленного объема валовой рыночной стоимости (amounts outstanding in gross market value, GMV), которая представляет собой издержки размещения финансового контракта по превалирующим на рынке ценам.

GMV может быть как положительной, так и отрицательной. В случае с JPMorganChase реализация портфеля финансовых деривативов по текущим ценам принесет ему $541-34 млрд., а никак не астрономические $23-48 трлн. Исходя из величины валовой рыночной стоимости, банку «принадлежит» 14-3% рынка, а не 60%.

Насколько рискованна позиция JPMorganChase? Если представить доходность портфеля производных как случайную функцию, где с одинаковой вероятностью может быть как прибыль, так и убыток, то потери банка не превысят пары миллиардов долларов. Именно таков средний показатель дохода по внебалансовым статьям у JPMorganChase. В частности, в прошлом году он заработал на срочном рынке $1.23 млрд. Дутые же триллионы Хэмилтона рассчитаны на доверчивого читателя.

*

Золотых дел «мастер»

Во второй статье [2] Хэмилтона в роли главного героя выступает все тот же JPMorganChase, но уже в декорациях рынка золота. Сперва Хэмилтон прибегает к привычной для себя манипуляции цифрами, которой он «оглушает» читателя и вводит его в состояние иррациональной реальности. Согласно доморощенному «аналитику», JPMorganChase контролирует $56.8 млрд. по золотым деривати-вам (по состоянию на 31 марта 2002 г. - $45.23 млрд.), что равно объему добычи желтого металла за два с половиной года. «Мировая золотодобывающая промышленность должна будет покрывать аппетиты супермонстра не менее двух лет», - пишет А. Хэмилтон.

В действительности реальная стоимость портфеля золотых деривативов банка не превышает $1 миллиарда, в то время как валовая рыночная стоимость всего рынка производных на золото колеблется вокруг $20 миллиардов.

Сравнение с объемом годовой золотодобычи действительно впечатляет. Однако оно некорректно - так можно сопоставлять, если бы золото ежегодно потреблялось, как нефть, но ведь оно копится. Каждый год мир добывает 4 тыс. тонн драгметалла, в результате за всю историю человечества официально накоплено более 30 тыс. тонн. Таким образом, «в руках» JPMorganChase через деривативы условно находится 0.016% рынка наличного металла.

После фантастических цифр Хэмилтон, ссылаясь на третьих лиц вроде какого-то пронырливого адвоката, беспорядочно бросает в лицо обвинения многим солидным финансовым учреждениям. Так, JPMorganChase повинен в манипулировании ценами на золото, поскольку активно оперировал с золотыми производными в период нестабильных цен. Кроме того, его активность, согласно Хэмилтону, объясняется «какой-то инсайдерской информацией».

Золотой картель, специализированная международная организация, предназначенная для стабилизации цены на золото, и участниками которой являются ведущие центральные банки, обвиняется в «нечестивом сговоре». Хотя судебное разбирательство и было закрыто за недостаточностью фактов, тем не менее, для любителей дешевых сенсаций участники картеля остаются «заговорщиками».

Учредители Банка международных расчетов (представляющего собой закрытый клуб, банк для центральных банков) обвиняются в том, что они установили несправедливо низкую цену на его акции - хотя какое в сущности Хэмилтону дело до того, что творится в закрытом обществе?!

Ведущие игроки рынка золота повинны в том, что они аферисты и хотят осуществить мировую экспроприацию в пользу интересов Уолл-Стрита - этот тезис вообще не поддается какому-то внятному объяснению!

Прочитал я все эти обвинения в пролетарско-революционном стиле, и Хэмилтон напомнил мне старушку, сидящую на лавочке у подъезда и кропотливо собирающую сплетни о жильцах дома.

*

Парадоксы от Хэмилтона

В 1930 г. классик макроэкономики Дж. М. Кейнс сформулировал одну интересную закономерность, характерную для эпохи золотого стандарта: между номинальными процентными ставками и уровнем цен наблюдалась положительная корреляция. Это было парадоксально, ведь при золотом монометаллизме цены относительно стабильны (во времени они представляют собой стационарный ряд динамики), и увеличение де-нежного предложения, с одной стороны, должно приводить к росту цен, а с другой стороны - к падению процентных ставок.

Однако между ценами и ставками была не отрицательная, а положительная взаимосвязь. Кейнс определил описанное наблюдение как «один из самых сложных доказанных фактов в количественной экономике» и дал ему название «парадокс Гибсона».

Согласно Хэмилтону, в настоящее время наблюдается обратная связь между ценами на золото и процентными ставками, т.е. произошло нарушение парадокса Гибсона. Наивный читатель поразился бы научности аргументации американского «независимого аналитика» и поверил бы ему на слово. Но теперь-то понятно, что «эксперт» просто переврал суть парадокса.

Во-первых, Кейнс говорил не о ценах на золото, а о потребительских товарных ценах - что отнюдь не одно и то же. Во-вторых, парадокс Гибсона описывал функционирование золотого стандарта, и примеривать его на современную денежную систему, где действуют другие экономические закономерности, мягко говоря, некорректно.

Напоследок хочу порадовать читателя последним высказыванием мистера Хэмилтона: «Заваливая рынок распродажами золотых запасов из сейфов западноевропейских центробанков, наш монстр (JPMorganChase - прим. автора) стал полновластным правителем царства процентных производных».

 

Хорошо известно, что золото по собственной инициативе продают денежные власти Старого Света. Вот только при чем здесь американский банк? Выходит, золото сбрасывают центробанки, а в падении цен виноват JPMorganChase.

Похоже, Хэмилтону следует пройти не только начальный курс экономической теории, но и разобраться с основами формальной логики.

Литература:
  1. Хэмилтон А. Монстры и шулера финансового мира // Валютный спекулянт, 2002, № 2, с. 58-63.
  2. Хэмилтон А. Золотых дел «мастер» // Валютный спекулянт, 2002, № 5, с. 70-73

 

 

Словарь специальных выражений, терминов Private Placement Program-PPP

Действительно ли существуют Private Placement Programs?

Private placement program: насколько высоки доходы?

Как провести “Due Diligence” при  инвестировании в private placement program?

Использование низколиквидных активов для  инвестиций в Рrivate Рlacement Рrograms

10 Подсказок, которые должны знать Частные Брокеры private placement programs.

Надежда, Враг Брокеров Рrivate Рlacement Рrograms

Монстры и шулера финансового мира (о деривативах)

Деривативы без директивы

Распространенные способы мошенничества  при выполнении РРР.  Стр.1  , 2, 3

В погоне за дешевыми сенсациями: http://www.spekulant.ru/archive/2002_08_st11.html

Деривативы без директивы: http://www.spekulant.ru/archive/2004_01_st20.html

Крылья МММ над Америкой: http://www.spekulant.ru/archive/Krylya_MMM_nad_Amerikoj.html

Монстры и шулера финансового мира: http://www.spekulant.ru/archive/2002/28/2002_02_st14.html

Скрытые тайны Золотого картеля: http://www.spekulant.ru/archive/2002/33/2002_07_st11.html  

Гром грянул -пора креститься! http://www.spekulant.ru/archive/2002/36/2002_10_st21.html  

 

Мы еще раз призываем Вас быть осторожными, т.к. последнее слово всегда должно оставаться за Вами.


 


 

 

 

Управление проектами
Порядок работы
Подготовка проекта
Разработка проекта
Бизнес-план. UNIDO
Экспертиза проекта
Управление и координация
Экологическая экспертиза
Глоссарий терминов
Как избежать ошибок
Аналитика
Пресса о кредитах бизнесу
Типичные вопросы
Кто даст денег на станок?
 
Из  практики  налогообложения инвестиционной деятельности в России

TOP 25 Banks

 

 Rambler's Top100

1074505
 


 

 

 886386

 

 

 

 

 

© 2004 Все права защищены